logo

Заряжающий не подчинился, и дерзко сказал: «Знаете, лейтенант, бывают случаи, по дороге на фронт таких командиров сбрасывают с поезда»

22 июня 1941 года, сразу после радиовыступления Молотова, группа ташкентских парней бросилась в военкомат – записываться в добровольцы на фронт. Среди них был и Георгий Кривов, которому ещё даже 17 лет не исполнилось.

Естественно, ничего из этой затеи не вышло, и ещё год он провёл в тылу: работал на эвакуированном из Москвы авиазаводе. Летом 1942-года - поступил в Харьковское танковое училище, эвакуированное в Чирчик.

И медкомиссия, и экзамены – были чистой формальностью: «Хочешь быть танкистом?» - спрашивает врач. – «Хочу». – «Здоров». На экзаменах же парни множество ошибок делали, но приняли всех.


«Знаете, лейтенант, бывают такие случаи, когда по дороге на фронт сбрасывают нерадивых командиров с поезда»

Учиться было тяжело: 7 месяцев, ускоренный курс, плотная программа. Сильно не высыпались, но кормили хорошо. Поголодать пришлось потом – когда им присвоили звания лейтенантов и отправили в Нижний Тагил за танками.

Получали мизерную тыловую норму. Но это было недолго: скорость, с какой собирались танки, была удивительной!

Как командир, он получил подарок: часы, перочинный ножик, шёлковый платочек для фильтрации топлива, и поехали на фронт. День рождения (19 лет!) отмечал со своим экипажем в эшелоне.

Отношения сложились не со всеми. С механиком-водителем (бывшим шофёром) и стрелком-радистом (колхозником), уже возрастными мужиками – поладили прекрасно. А вот с заряжающим – трудно пришлось. Он подчиняться не желал, и даже при всех сказал:

Вообще, неприятный тип, фаталист и пессимист, который считал, что им всем суждено погибнуть.

Прибыв на фронт в октябре 1943 г., на пополнение 25-й бригады 5-й гвардейской танковой армии, уже через несколько дней Кривов и его товарищи переехали Днепр по понтонному мосту у местечка Мишурин Рог. Пехота, недавно переправившись, держала там плацдарм глубиной километра в 3-4. Надо было им помочь.


Бой у села Вечерний Кут, в котором потеряли все танки

Когда пересекали наши окопы, впервые увидели убитых бойцов, лежащих в неестественных позах, и раненых, которым помогали санитары. Живые же солдаты были рады, что танки пришли. От этого стало приятно на душе.

В первый бой пошли без разведки, без рекогносцировки – на какую-то высотку, раскисшую от дождя, - не зная, что на ней. Наверно, хотели добиться внезапности.

По ним заработали противотанковые пушки врага. Они подожгли один танк слева и ещё два справа.

Прорвались к позициям немцев в лесопосадках. Механик кричит: «Сейчас тряхнёт!» Раздавили противотанковую пушку, обстреляли из пулемёта всё вокруг неё. Уже ночь – ничего не видно. Оборону немецкую прорвали, а куда дальше идти, не в курсе. Никаких команд не поступало.

Немцы после этой атаки отошли, а потом им пришлось отступать ещё быстрее. Танкисты наступали им на пятки. Запомнились бои за Пятихатку, вернее, трофеи, захваченные на ж/д станции, где стояли немецкие эшелоны.

С этими трофеями смешной случай вышел.

Жестокий бой был у деревни Вечерний Кут, когда наступали на Кривой Рог. Она была разведана и свободна от врага, вошли в неё, замаскировались.

Вдруг на том конце села – перестрелка. Оказалось, автоматчики обстреляли невесть откуда въехавший в деревню немецкий обоз. Нет бы по-тихому их взять. А так – часть немцев разбежалась и ушла по кукурузе.

Вскоре после этого на деревню посыпались артиллерийские снаряды. Танкисты чувствовали себя, как загнанные волки, не видя и не понимая, откуда по ним бьют. Там и погиб возле танка заряжающий Бодягин: осколки.

Вместо него тут же взяли в экипаж солдата из пехоты. Выяснилось, что за деревней – лесополоса, а за ней метрах в 800 - цепь холмов, похожих на рудничные отвалы. Оттуда и бьют. Выдвинулись на четырёх танках туда, с десантом на броне.

Но не дошли: всех их там меткой стрельбой немцы побили. Кривов был контужен, но они с механиком-водителем и новым заряжающим остались живы: выскочили из подбитого танка и убежали в поле до того, как начал рваться боекомплект. А стрелок-радист Тихомиров Николай Николаевич – погиб.

В лощине собрались все, кто уцелел: танкисты и танковые десантники, всего 13 человек. До наступления темноты не высовывались: вокруг - открытое пространство. А как стемнело – вернулись к своим.


Неожиданно долгий «отпуск» в тылу и последний бой у Гермау (ныне с. Русское)

«Безлошадный» Кривов попал в резерв 5-й гвардейской танковой армии. Отправили в тыл, на заготовку хлеба. Жили в Сарычанском районе Днепропетровской области, где были одни женщины. Все «временно поженились». Убирали хлеб, мололи его в муку на мельнице. Отправляли в свою армию. Так и прожили там весь сорок четвертый год – с бабами, мирной, полусемейной жизнью.

Лишь в начале 1945 года Кривов вернулся на фронт, и далее воевал в составе танковой колонны танков, построенных на добровольно сданные деньги эстонского народа – «Лембиту».

В штурме Кёнигсберга они особого участия не принимали - там основную работу сделали артиллерия, авиация и пехотные штурмовые группы. Основные бои приняли на Земланском полуострове. Особенно - у местечка Гермау, всего лишь в четырёх километрах от моря. Там три машины пошли в разведку и были подбиты, а утром 16 апреля пошли в атаку остальные.

Само село Гермау (ныне с. Русское Калининградской обл.) располагается в низине, а за ним возвышенность - там немцы и укрепились.

Все понимали: войне вот-вот конец, и это обостряло нежелание погибать. Пара офицеров даже под надуманными, но правдоподобными предлогами уклонились от участия в атаке.

До возвышенности танк Кривова не добрался: немцы с дальнего расстояния их подловили, и – одно попадание в левый борт, и тут же второе – в пушку. Башню крутануло. Люк заклинило. Кривов выскочил через люк заряжающего, сразу за его ногами. Все члены экипажа остались живы, механика только ранило.

Но оборону немцев на тех высотках всё равно в этот же день разметали, и потом вели оттуда большие толпы пленных.

Один танк вообще за пару дней до Победы был потерян. Уже и боёв-то на их участке фронта не было. Подорвался на мощном фугасе. Заряжающего вместе с башней отбросило метров на двадцать. Все погибли, а его только контузило, заикаться после этого начал. Приходит из пехотного санбата, заикается. Посмеялись. Молодые ведь ребята.

⚡Больше таких историй можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars

Вдруг – всюду автоматная стрельба. Потом и пушка хлопнула. В чём дело? Выскочили из здания.

Запомнился ещё один забавный эпизод. После войны стояли под Гумбиненом (ныне город Гусев Калининградской области). Командующий 1-м танковым корпусом генерал Василий Бутков, заядлый болельщик, организовал из солдат и молодых офицеров футбольную команду.

«Там же жили некоторое время репатриированные итальянцы и французы, которые тоже создали команду. Устроили матч, но, когда счет стал 8:0 в их пользу, Бутков встал, сказал: «З***анцы!» - и ушёл», - смеётся Георгий Николаевич.

Это Владимир «Две Войны». У меня есть Одноклассники, Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком




На нашем сайте вы всегда можете найти ежедневно обновляемые актуальные новости со всех регионов странны, без субъектива и политической ангажированности. Среди основных рубрик нашего сайта, которым мы отдаём предпочтение стоит выделить новости экономики, новости политики, новости строительства и недвижимости.